LP (винил): Рада & Терновник "Графика" (LP)
Цена: 3500 р. Издательство: Выргород, 2026 Вес: 300 г.
Сторона А 1. Смоква 2. Свечечка 3. Не уходи 4. Шотландская плясовая 5. Танго Сторона Б 6. Аристократы окраин 7. Город Лефти 8. На небесах 9. Последняя Рада — тексты Владимир Анчевский — гитары Сергей Ребров — бас-гитара Алексей Куров — ударные Глеб Гусейнов — перкуссия Антон Марчук — звукорежиссёр Василий Гаврилов — художник Алексей Куров — фотограф Юрий Чашкин — фотограф Сергей Бабенко — фотограф Тексты: Рада, музыка: РАДА & ТЕРНОВНИК Записано на студии Петра Николаевича Мамонова на Студенческой, 39 в качестве зарплаты Олегу Ковриге от Петра Мамонова в 1992 году Продюсер альбома: Сергей Гурьев Оцифровка: Евгений Гапеев Реставрация, мастеринг: Владимир Анчевский (Ре)дизайн: Александр Щербак (hmury) Many thanks to: Олегу Ковриге, Петру Николаевичу Мамонову, Янине Яновне Кляус, Татьяне Диденко, Марине Алексеевне Кикиной, Эразму Ваадимировичу Анчевскому, Александру Кушниру, Михаилу Тимофееву, Роману Никитину, Игорю Лобунцу, Джорджу Гуницкому, Алексею Курбановскому, Василию Гаврилову, Андрею Гаврилову («Ракурс»), Андрею Гаврилову («SoLyd records»), Сергею Галямину, Наде Жуковской, Виталии Алексеевне Воронец, Кирилу Шахновичу, Михаилу Предтеченскому, Джону Евсеенко, Светлане Лосевой, Анатолию и Галине, Валерии Любецкой, Игорю Кузьмину, Илье Одинокову, Андрею Ботлуцкому, Александру Букину, Андрею Слесареву, Джулиану, директору КСПК «Останкино» Анатолию Гусейнову, всем кто помог и не мешал. Сергей Гурьев, будучи нашим директором, решил что нам пора писать альбом. Он объяснял, что потом мол запал пройдёт и песни протухнут. В то же время Олег Коврига, который тогда работал вместе с Петром Мамоновым (это уже были не «Звуки Му», а «Мамонов и Алексей»), бродил с идеей, что на репетиционной базе — она же студия звукозаписи Мамонова — оплачиваемой мамоновскими спонсорами, можно писать ещё разные хорошие группы и зарабатывать таким образом денег. Примерно в это время и произошла историческая встреча Гурьева с Ковригой. На эскалаторах «Киевской» они неожиданно увидели друг друга после долгой разлуки. Один ехал вверх, другой — вниз. Гурьев что-то такое прокричал, встреча состоялась, и Коврига поведал о том, что у него есть некая база, на которую можно пустить непьющих людей. Но Коврига не был уверен на сто процентов, что на базе сможет ещё кто-то писаться кроме Мамонова. Решено было пустить нас и на нашем опыте посмотреть, может ли вообще что-то получиться из идеи коммерческого использования студии. Так как мы были первыми, то платили только звукорежиссёру Мамонова (и этой базы-студии) Антону Марчуку за его непосредственную работу, а за студию как бы не платили. На студии никто из наших музыкантов до этого толком не записывался и не знал как это делать. Вместо тюнера гитары настраивали на слух; под конец, изрядно намаявшись с записью ритм-секции (бас-барабаны), мы узнали, что нормальные люди прописывают «клик» и под него пишут все инструменты и не мучаются. Антон очень удивился, поняв, что мы не используем тюнер и «клик» не по идейным соображениям, а по незнанию. Во время записи «Танго» появился Пётр Николаевич Мамонов, сел за пульт, вытянул шею, раскрыл широко глаза, к чему-то прислушался, микроскопически повернул пару ручек и нарисовался правильный звук. Мамонов рассказывал, что вокал на альбом надо писать так, чтобы он потом зависал в треугольнике между слушателем и двумя колонками и был большой и тёплый — такой, что можно пощупать. Приводил в пример старый латиноамериканский джаз. Песню «Город Лефти» мы придумывали и писали прямо в студии, потом на концерте так её толком и не играли — раза два за всю историю. На студии лежала гитарная примочка Алексея «Лёлика» Бортничука — с ней Анчевский играл в «Не уходи», изображая клавиши. Потом никто не верил, что это совсем не клавиши, а гитара с примочкой. Для записи бонгов пригласили Альберта, который играл в Jah Division, так как игру Глеба конкретно в этой композиции Марчук раскритиковал. Альберта нашёл Сергей Гурьев. Потом, послушав лезгиночный конг в «Аристократах окраин», тот же самый Марчук очень проникся и сказал, что теперь понимает зачем нам перкуссионист. Альберт пришёл с какими-то чудовищными бонгами, совсем советскими, со странным звуком, записал пару дублей, сказал, что ему не нравится, как он играет. Нам же очень понравилось. Радислава Анчевская Авторы:
|  | |||||||||
|
Оставьте отзыв об издании
|
Рекомендации:
| 
| ||||
