LP (винил): Баранкова Полина и группа Андрей Рублёв "Мне совсем не больно" (LP)
Цена: 4000 р. Издательство: Авторское издание, 2026 Вес: 270 г.
Сторона А 1. Мне хочется промокнуть под дождём 2. Где бы я не был 3. Мне совсем не больно 4. Мне не видно лучей 5. Где же моя смерть Сторона В 6. Птица Лихокрылая 7. Я отвыкаю 8. Деревья 9. Годы идут 10. Прощание Записано на студии «Active Sound» в 2025 году. Полина Баранкова — акустическая гитара, вокал, тексты, музыка Сергей Лившиц — бас, гитара Полина Князькова — барабаны Лев Смирнов — барабаны («Мне не видно лучей», «Птица Лихокрылая», «Где же моя смерть») Анастасия Кутюхина — скрипка Алёна Быкова — бэк-вокал Николай Рубанов — саксофон Владимир Юранёв — сведение, мастеринг Огромная благодарность друзьям, родным и всем неравнодушным за поддержку в создании альбома. Альбом называется «Мне совсем не больно» по названию одноименной песни, входящей в него. Мы интуитивно объединили 10 песен в единую концепцию и название отражает ее: каждая песня – реакция на внутреннее или внешнее воздействие. Что бы ни происходило, где бы ты ни был, – ты продолжаешь идти, выражаешь эту свою реакцию и тебе совсем не больно. Получаешь от жизни какие-то пинки или, наоборот, подарки, или раздаешь их сам, но все это проживаешь и идешь дальше, что бы ни случилось. Песни достаточно разноплановые: прослеживаются фолковые мотивы, панковские и арт-панковские. В записи нескольких песен принял участие Николай Рубанов – саксофонист из группы АУКЦЫОН, мы заигрываем и с такими материями. Все участники записи получают удовольствие от процесса и от того, что в итоге рождается. Это совершенно новая веха в нашем творчестве: потребовалось время, чтобы прийти к этому альбому, потому что мы пробовали играть по-разному. Многие песни для альбома появились в момент, когда мы начали его собирать и выстраивать список композиций. В основном, это новый материал, но вошла и старая песня «Я отвыкаю» (вторая из написанных мной песен). Раньше она не была аранжирована и записана, но на концертах людям нравится, поэтому мы ее добавили в альбом. Мне кажется, он получается ярким. Надеюсь, он понравится людям, и они откроют что-то новое для себя. Машбюро: «Наверное, жизнь сложилась бы по-другому, если бы я не услышала эту музыку». Полина Баранкова (гр. АНДРЕЙ РУБЛЕВ). МАШБЮРО: – Привет, Полина! Первый вопрос от подписчиков: почему группа называется АНДРЕЙ РУБЛЕВ? ПОЛИНА БАРАНКОВА: – Вопрос стандартный и резонный, потому что название достаточно громкое и за него нужно как-то «ответить». Я хотела емко в одном словосочетании – в таком громком имени, как Андрей Рублев, – показать масштаб и широту смыслов, которые мы транслируем в песнях. У нас достаточно вневременный формат текстов: эти смыслы были актуальными и во времена, когда жил Андрей Рублев, и гораздо позже. В наше время они тоже актуальны и будут еще долго воспеваться, поэтому такое название показалось мне максимально подходящим для группы. Это олицетворение чего-то русского и отражение нашей ментальности и культуры буквально в двух словах. Название пришло интуитивно: что-то «на подкорке» подсказало, что я должна назвать группу именно так. Оно мне нравится, и я не хочу его менять. Сколько лет группе? – Группа появилась в 2021 году, но тогда было всего два человека – я и Даша Карташова, которая подыгрывала мне на большом хакасском бубне. В 2022 году к нам присоединился Сережа Лившиц, январе 2023 – Алена Быкова на клавишах, потом стали привлекать других музыкантов. Нынешнему составу (не считая самого нового участника) чуть меньше двух лет. Что играет у тебя в наушниках? – Музыку в наушниках слушаю довольно редко, потому что работаю в удаленном формате и мне практически никуда не нужно ездить. Дома слушаю музыку с телефона или из колонки, либо в машине, когда куда-то едем по делам, а наушниками пользуюсь в дальних поездках. Например, когда ездила в Новосибирск, слушала Башлачева, DEATH IN JUNE и ГРАЖДАНСКУЮ ОБОРОНУ – достаточно странное сочетание. Обычно я прихожу к Яндекс-волне, поскольку хочется иногда послушать что-то новенькое, расширить музыкальный кругозор. Яндекс-волна периодически подкидывает какие-то клевые коллективы, – в основном, зарубежные (шестидесятники или семидесятники). Из громких открытий для меня – Инна Пиварс, которую я слушала достаточно много и интенсивно. Серега мне подкинул группу SILVER APPLES (кстати, Летов ее тоже упоминал). Такой у меня плейлист. Почему ГРАЖДАНСКАЯ ОБОРОНА и Яна Дягилева оказались так созвучны эмоциям и взрослению Полины? – ГО и Янка пришли ко мне очень вовремя, потому что совпали с периодом моего возрастного созревания: в 12 или 13 лет я случайно услышала Егора Летова как раз-таки в наушниках. Как ни странно – привет современным технологиям! – нашла его в рекомендациях аудиозаписей в ВКонтакте. Никто из моего окружения Егора не слушал, Янку и Башлачева – тем более. Из русского рока на тот момент я знала КИНО, НАУТИЛУС – то, что пришло ко мне отголосками от родителей или из саундтреков к фильму «Брат», а тогда у меня в наушниках заиграла песня Егора «Зае..сь» и порвала все мои представления о музыке и жизни. У меня произошел культурный шок. Я услышала и подумала: «Так можно?! Почему это прошло мимо меня, и я услышала это только сейчас?» Наверное, раньше я бы и не смогла воспринять такую музыку, она оказалась как раз вовремя, когда мне хотелось услышать что-то новое и отвечающее моим переживаниям, противоречиям, какому-то внутреннему бунту. В тот момент мне надоел привычный уклад жизни. Я занималась чем-то, но меня это дико угнетало, бесило, раздражало, а тут такой «всплеск» и голос в наушниках говорит мне: «Все в порядке, зае…сь!» Я думаю: «Вау, как здорово, что есть человек, который меня понимает!» Потом я узнала, кто вообще такой Егор Летов, откуда он взялся и что поет, стала находить новые песни. Позже возникли Янка, Башлачев, Веня Д’ркин (Александр Литвинов) – все это оказалось настолько в тему, так ярко отозвалось внутри. Когда я услышала голос Янки, – не могла ночью спать: в голове, как заевшая пластинка, крутилась фраза «в грязи валяться» из песни «По трамвайным рельсам», перед глазами стояла эта картинка. Внутри все взорвалось, куда-то полетело и жизнь сильно поменялась. Наверное, жизнь сложилась бы по-другому, если бы я не услышала эту музыку в 2013 году. Впоследствии эти слова и голоса прошли через определенную призму моей жизни и стали перерастать уже в мои собственные слова, песни, музыку. Я почувствовала боль этих людей, как собственную, пропустила эти песни через себя и прожила их. Было ощущение, будто я знала их лично всю жизнь. Янка мне снилась потом, я хотела немножко прикоснуться к ее памяти. Приехать к ней на кладбище и увидеть ее дом в Новосибирске было моей большой мечтой. Я знала, что проводится фестиваль «Янкин день», мечтала попасть туда просто послушать, а когда меня позвали туда выступить, – мечта осуществилась в еще более широком масштабе, чем я могла предположить. Я съездила на могилку к Янке, увидела ее домик (правда, за забором, но хотя бы крышу). Эти исполнители стали частью моей жизни, я пою их песни на вечерах памяти и подружилась с людьми, которые тоже любят такую музыку. Мы все оказались созвучны друг другу по жизни, хотя находим друг друга случайно. Помнишь ли ты свою первую песню и о чем она была? – Официально первая песня, которую я стала исполнять, – «Проспект». Написала ее в 14 лет (в 2015 году), с нее начались мои музыкальные изыскания. Потом были песни «Я отвыкаю», «Холодная песня ветров» и далее по списку. Но недавно выяснилось, что нулевой песней, предшествующей песне «Проспект», оказалась «Летай». Я начала писать ее в 2013 году, это был черновик, который в песню на тот момент не превратился, но позже я ее дописала. Можешь подробнее рассказать про песню «Летай»? – Первые строчки текста появились под мрачным, тяжелым впечатлением как реакция на утрату человека: это был одноклассник моей старшей сестры, трагически погибший в 18 лет в 2013 году. Непонятно, было ли это случайностью или его решением, но он упал с крыши, с 17-го этажа. Моя сестра с одноклассниками как раз готовились сдавать ЕГЭ, он не дожил до экзаменов буквально месяц. Может, не справился с нагрузкой, но не исключаю, что это было просто роковой случайностью. У меня был достаточно узкий круг знакомых, и друзей моей сестры я воспринимала как своих друзей. Они приходили в гости, мы вместе гуляли, отмечали праздники, дни рождения. В детстве этот человек был для меня очень ярким, его смерть стала большим ударом для нашей семьи. Впервые я столкнулась со смертью человека, которого знала лично. Когда появились первые строчки, я еще не предполагала, что буду писать песни. Это были просто заметки, которые «ушли в стол», но позже я к ним вернулась и дописала песню «Летай». В каком городе хотелось бы выступить, но пока не случилось? – Я бы назвала город Сан-Франциско, если «раскатать губу». В России хотелось бы выступить во многих городах, потому что еще не успела объехать всю страну. Я посматриваю на Екатеринбург, потому что город большой, – наверное, собрать людей будет проще. Омск, Владивосток… Вообще по России я путешествую с большим удовольствием и хотела бы просто путешествовать и выступать, как делает Манагер (Олег Судаков), чтобы было время и город посмотреть, и песни попеть, и чтобы люди пришли, послушали и всем все понравилось. Короткий список любимых литературных произведений? – Первое, что пришло в голову, – «Дорога» Кормака Маккарти. Перечитывала ее дважды, она меня очень впечатлила. Понравился слог и атмосфера – меня интересовала такая постапокалиптическая тематика. Сейчас с большим удовольствием читаю «Идиот» Достоевского. С первого раза эта книга мне не далась пару лет назад, сейчас я к ней вернулась. Понравилась антиутопия «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли, еще больше впечатлила книга «Мы» Евгения Замятина – она написана таким «техническим» языком, что книга тоненькая, но читалась крайне тяжело, как будто ты открыл гигантскую инструкцию или таблицу и пытаешься ее расшифровать. Есть ли у творчества сверхзадача или это чистое служение музе? – Думаю, и то, и другое должно быть обязательно. В первую очередь ты делаешь это по вдохновению: к тебе приходит что-то, и ты это рождаешь. Сверхзадача – донести в итоге результат до людей. Не убрать в стол, не забить, не исковеркать, а постараться максимально доступно, красиво, эстетично, по-своему донести это. Творчество подпитывает людей и, возможно, заставляет жить дальше. Твоя сверхзадача, как Творца, – посвящать ему свое время, потому что это может стоить колоссальных затрат, такой путь может оказаться для человека очень непростым. И тогда сверхзадача – не бросать это, идти дальше. Если вдохновение приходит, то ты должен это как-то отрабатывать. Расскажи о названии и концепции нового альбома. – Альбом называется «Мне совсем не больно» по названию одноименной песни, входящей в него. Мы интуитивно объединили 10 песен в единую концепцию и название отражает ее: каждая песня – реакция на внутреннее или внешнее воздействие. Что бы ни происходило, где бы ты ни был, – ты продолжаешь идти, выражаешь эту свою реакцию и тебе совсем не больно. Получаешь от жизни какие-то пинки или, наоборот, подарки, или раздаешь их сам, но все это проживаешь и идешь дальше, что бы ни случилось. Песни достаточно разноплановые: прослеживаются фолковые мотивы, панковские и арт-панковские. В записи нескольких песен принял участие Николай Рубанов – саксофонист из группы АУКЦЫОН, мы заигрываем и с такими материями. Все участники записи получают удовольствие от процесса и от того, что в итоге рождается. Это совершенно новая веха в нашем творчестве: потребовалось время, чтобы прийти к этому альбому, потому что мы пробовали играть по-разному. Многие песни для альбома появились в момент, когда мы начали его собирать и выстраивать список композиций. В основном, это новый материал, но вошла и старая песня «Я отвыкаю» (вторая из написанных мной песен). Раньше она не была аранжирована и записана, но на концертах людям нравится, поэтому мы ее добавили в альбом. Мне кажется, он получается ярким. Надеюсь, он понравится людям, и они откроют что-то новое для себя. – Полина, как начинался твой путь в музыке? – Недавно был Всемирный день музыки, и я посчитала, что начала ей заниматься ровно 10 лет назад. До появления первых песен я попала в ансамбль «Перспектива» (ему уже 15 лет) в Центре детского творчества в нашем городе Пушкино. Я стала там петь и нарабатывать первый концертный опыт. Раньше я стеснялась всего на свете. Если меня отправляли попросить без очереди ложку или трубочку в кафе, – я бы стояла в очереди, чтобы взять это. Сказать что-то где-то было нечеловечески страшно, а тут я стала выходить и петь, даже сольно. Поначалу это было сложно, но мне нравилось – меня мотивировала компания людей, которые туда ходили, нравился материал – например, «San-Francisco» Scott McKenzie. Однажды руководительница Юлия Валентиновна Мушкетова организовала конкурс авторской песни, куда приезжали люди из Москвы и области. На первом концерте в Щелково я исполнила песню «Проспект». Было дико страшно: такое напряжение в руках, что я прислонила пальцы к грифу гитары, и струны просто «уехали» куда-то, мне пришлось ставить их обратно. Но в итоге я спела, мне подыграла Юлия Валентиновна, все получилось замечательно! Через некоторое время я чудесным образом попала на фестивали «Винтовка Фест» и «Песни радости и счастья» в Москве, которые организовывал замечательный Джонни Хлеб. Туда я приехала уже без ансамбля, вышла одна с гитарой и меня трясло как никогда. В итоге с этим тоже справилась, все пережила. Как раз тогда я с первыми тремя песнями стала ездить на вечера памяти Летова. Люди, с которыми там знакомилась, приглашали меня на другие концерты. Так я попала, например, в Брянск. Своих песен было мало, поэтому я еще пела Летова, Янку, Башлачева, Веню Д’ркина. Позже в Брянске я сделала первый концерт чисто со своими песнями – этот город оказался исторически важным для моего творчества. А в какой момент перестало быть страшно? – Не перестало. Мне кажется, когда перестанет быть страшно, будет уже вообще не то. Надо, чтоб потряхивало чуть-чуть, потому что с испуга, с какого-то внутреннего напряжения у тебя – раз! – и раскрываются какие-то очень яркие настроения. Главное, чтобы волнение не сожрало слишком сильно, и не глушить его алкоголем. Бывает, что исполнитель не может справиться со страхом, выходит совсем пьяненький – это все портит. Должен сохраняться именно трезвый мандраж, тогда все классно получается. Это я про свой опыт говорю, мне так гораздо больше нравится выступать. Конечно, я боюсь, трясусь, потом прихожу в себя после всего произошедшего. Страшно всегда, просто нужно как-то это не показывать. Так что мой путь в музыке длится уже 10 лет – об этом я рассказала в День музыки и выложила фотографию, где я со своей первой гитарой, купленной на карманные деньги, которые я долго копила со школьных завтраков. Та гитара до наших дней не сохранилась, к сожалению. То есть родители не поддерживали твои увлечения? – Поначалу вообще была борьба, потому что я занималась спортом, но мне это осточертело. В детстве занятия легкой атлетикой мне очень нравились, я посвящала им много времени: после школы бежала на электричку, ехала в секцию в соседний город, ездила на соревнования. В переходном возрасте начались проблемы со здоровьем, я стала падать в обмороки. Сделала перерыв, ходили с родителями по врачам, – разбирались, что случилось. После перерыва на тренировке у меня кружилась голова, не могла ничего делать, а там все смеялись и стебали меня – много было неприятных моментов. И дружеских связей с людьми в секции у меня не сложилось. Я ушла и больше туда не вернулась. Только сейчас мы стали изредка выбираться на пробежку, дома делаю для себя какие-то упражнения, сажусь до сих пор на все шпагаты, но практически не бегаю. Родители очень поддерживали занятия спортом, но меня они стали раздражать. Я сказала, что выбрала музыку. Сначала все было жестко, у меня отбирали инструмент, но я накопила деньги и купила гитару в магазине в Пушкино, отнесла ее к школьной подружке и играла у нее дома. Мне хотелось заниматься именно этим. Когда родители поняли, что это не мимолетная забава, что я занимаюсь музыкой серьезно, посвящаю ей время, что у меня получается и людям нравится, – я завоевала уважение в их глазах, теперь они меня поддерживают. Видимо, нужно было через все пройти и доказать, что это имело смысл. Сейчас родители слушают мои записи, рассказывают друзьям, у нас все замечательно. Такой получился «тернистый путь». Кто из музыкантов на тебя повлиял? – Повлияли, безусловно, Летов и Янка. Взять в руки гитару меня мотивировало то, что я хотела сама себе аккомпанировать, играя песни Янки, Летова, Цоя, Башлачева. Минусовки – это все не то, надо было учиться играть самой, чтобы все было красиво. Были и друзья-музыканты, которые тоже вдохновляли меня. Кто-то до сих пор занимается музыкой – например, Рома из группы НИКОГО НЕТ ДОМА. Изначально это был кумир, которого я лично не знала, а потом мы подружились, он привел меня в клуб «Камчатка», благодаря ему я стала выступать в Питере. Бас-гитарист группы АНДРЕЙ РУБЛЕВ Сергей Лившиц тоже играл с группой НИКОГО НЕТ ДОМА. Были примером и друзья, которые сейчас уже музыкой не занимаются, но, когда были моложе, играли на гитаре, а у меня от этого все колбасило внутри, подначивало что-то делать, я хотела играть все больше, писать свои песни. Недавно мы пересеклись с девочкой Сашей, которая меня тоже вдохновляла в подростковом возрасте. Она сказала: «Я безумно горжусь тем, что ты продолжаешь заниматься музыкой». Среда очень влияет, должны быть люди, которые с тобой на одной волне, и эти люди были и есть вокруг меня. Рада, что мой круг не замкнулся, я и сейчас узнаю новых людей, которые делятся со мной опытом и делают меня лучше, мне кажется. Может, и я с ними чем-то делюсь, и они тоже что-то могут почерпнуть от меня. Меня безумно радует то, чем я занимаюсь, несмотря на шероховатости или трудности, которые периодически появляются. Я встала на эту дорожку и иду по ней до сих пор, никуда не деться теперь. Я не могу перестать это делать. Каким был самый запоминающийся концерт? – Сложно выбрать какой-то один. Я люблю рассказывать историю, как мы с Джонни Хлебом устроили панк-разнос в Доме культуры города Пушкино, это было стихийно и прикольно. Он приехал в гости с товарищем, а ребята из моей школы сделали какой-то концертик, где пели каверы, и позвали меня поиграть. ДК – это бывшая дача Струковых, в которой позже находилась вечерняя школа. В деревянном доме был небольшой зал с откидными сиденьями. Мы завалились туда своей компанией. Ничего там не сломали, все было культурно, но, когда меня пригласили на сцену, я сыграла несколько своих песен, а потом присоединился Джонни и его товарищ, и мы вместе спели «В каждом доме», «Любви не миновать» и «Мы идем в тишине». Это было так классно! В зале сидели какие-то дети, бабушки, чьи-то мамы и не понимали, что вообще происходит, а нам было по приколу. «Винтовку» решили не петь, чтобы люди не ушли из зала совсем седыми, – взяли что-то ознакомительное для тех, кто не посвящен во всю эту историю. Был классный момент: в зале сидел парень в рубашке и очках и очень внимательно, не отрываясь, смотрел на нас. Казалось, закричит сейчас: «Что вы делаете? Что происходит?», а он встал, вышел на середину зала, снял рубашку, а под ней – футболка с Егором Летовым. Мы ему похлопали прямо со сцены! Потом эти женщины к нам подходили и говорили: «Ребята, вы такие классные! Нам там понравилось, вы спели с душой!» Мы вообще не ожидали такой реакции, а они нам столько респектов накидали. Этот концерт мне очень запомнился, хотя выступление было крошечным. Еще на ум приходит очень классный концерт с виолончелью: за неделю до акустики в клубе «Археология» в мою жизнь внезапно ворвался Леша Орлов с предложением выступить вместе. Сначала отнеслась к этому скептически: я же его не знала, подход показался несерьезным. Посмотрела, где и с кем он играет, и поняла, что человек выступает на профессиональном уровне. Я предложила прислать ему программу и порепетировать заранее. Приехала из Питера в Москву, с поезда сразу пошла на репточку на Бауманской, увидела, что он подготовился – послушал песни хотя бы. Мне все понравилось и оба отделения мы решили сыграть вместе. Ко второму отделению приехала Настя Кутюхина со скрипкой, они познакомились прямо на сцене, и начался какой-то невероятный разнос. У меня на сцене было чувство полета, и у народа, мне кажется, была такая же реакция. Все подходили потом одухотворенные с вопросом: «Полина, что это было?!» Концерт был запоминающийся и очень мне понравился. Недавно мы сыграли в клубе «Камчатка» в Питере, запомнилось и хорошее, и не очень. У нас был первый концерт с Полиной Князьковой, которая с нами сыграла на барабанах. Нас было всего четверо: я, Алена с клавишами, Сережа с басом и Полина с барабанами. В итоге мы отожгли, сыграли с большим удовольствием, несмотря на возгласы: «Сыграйте Цоя!» «Камчатка» – место со своими особенностями, мы были к этому готовы. Иногда людей настолько пришибает наша музыка, что они, не успев попросить «Кукушку» или «Перемен», начинают прислушиваться к нашим песням. В этот раз люди успели покричать и повозмущаться, что мы что-то не спели, но мы тактично объяснили, что у нас своя программа. Потом были конфликты уже после концерта, это тоже запомнилось, но все-таки перевесила позитивная реакция людей, отдача была хорошая. Мне понравилось наше взаимодействие на сцене, как мы друг друга почувствовали – какая-то химия произошла, хотя концерт был тяжелым, потому что люди пытались его сорвать криками и перебиванием. Домой я вернулась абсолютно без сил, но это было очень здорово. После этого выступления мы побежали на концерт к Манагеру, потому что все совпало в один день. Повидались с ним, обнялись, проводили на поезд – такой у нас получился тяжелый, но классный день! Последний вопрос: пожелание нашим подписчикам. – Я желаю подписчикам МАШБЮРО вдохновения, хорошего настроения, чтобы моменты уныния не побеждали, чтобы позитивное начало преобладало над негативным. Спасибо! Авторы:
|  Дополнительные изображения
| |||
|
Оставьте отзыв об издании
|
Рекомендации:
