MC: Серпень / Серцелев "Все выгорят, а я останусь" (mc)

Временно нет в наличии 
 

Издательство: Sierpien Records, 2023

Вес: 60 г.

Описание:
Аудиокассета.


1. Нам не изменить место встречи
2. Все выгорят, а я останусь
3. Дементор
4. Чувствую себя лохом
5. Кот с кассеты Гражданской Обороны
6. Мы с тобой дураки
7. Думаю о Римской империи
8. Владычица Морская
9. Так говорил Заратустра feat. Лёха Никонов
10. Мечта

Музыка — Артём Бурцев, (кроме 9, 10 — Артём Бурцев, Александр Торжков, 12 — Брысь, Серцелев, 13 — Электросон, Серцелев)

Слова — Артём Бурцев (кроме 9 — Лёха Никонов, Артём Бурцев, 12 — Виктория Завгородняя, Артём Бурцев, 13 — Илья Юдин, Артём Бурцев)

Артём Бурцев — вокал (1-12), гитары (1-12), синты (1-12)
Александр Торжков — гитара (9, 10)
Аркадий Романов — синты (12), ударные (12)
Лёха Никонов (ПТВП) — вокал (9)
Лёха Капитанов (Июльские Дни) — вокал (11)
Виктория Завгородняя — вокал (12)
Илья Юдин (Электросон) — вокал (13), бас (13)
Глеб — ударные, синты
Антон Митусов — сведение, мастеринг (1-9, 11-12), ударные (1-9)
Лекси Фрайдер — сведение и мастеринг (10)
Максим Комов — сведение и мастеринг (13)
Алексани Сигаев — запись (10), ударные (10)

Фото: Роберт Гришенков
Обложка: Артём Бурцев

Спасибо и приветы: Антон Митусов Культурное Наследие и Лора Лора), Роберт Гришенков, Лёха Никонов, Алексей Капитанов, Granny Smith и Глеб Шапрынский (Электросон), Сева (Сквозь), Саша Сигаев, Альфасанек и Карина (Стереополина), Лекси Фрайдер, Супер-Лера, Аркадий и Вика (Брысь), Таня (Partsvaniya) и Серега (Nishubert), Дуня, Елисей Бурцев, Gregor Dudko, Вася Усатый и Лиечка, Марго, Никита, Женик и Вика Кайя, Натаха и Василий, Алексей Кузнецов, Андрей и Рояна, Сергей Сергеич и Алиса Шиляева, Ария Васильева, Юля Тесла, Игорь Гридин, Леонид Новиков, Stas Photorubka, Костя Музыкант, Аксюша Давольная, Поля Сарнацкая, Виктор Жуков, Даня Буруев, Алексей Линчевский, Александр Черкасов, Шурик Чернокрылов, Кирилл Суринов (Кирилл Коперник), Дима Артёмьев (ПАПА), Хоха Рамонов, Елена Карпова, Екатерина Моисеенко, Перемотка, Июльские Дни, Короткая любовь, Войлок, Иштар, Deathhawk, Faience Knife, Елизавета Нестерова, мастер таргета Стас Кисельников, Вероника, Андрей Куренков (Наше Радио), Victor Victor и Ekaterina Zubova (Настоящие Слёзы Восьмидесятых), Никита Арно (motel Wish, Однокомнатный продюссер), Макс Куббе (Аппрув, Komplimenter), Павел Кофф (Что послушать? | Сверхновые русского инди), Радио Комсомольская Правда, Родной звук, MOTHERLAND, Interesting Punk, Сергей Лунёв, David Domkratov (VATNIKSTAN), Радио ШОК и Святослав Коровин, Танцы в Темноте, Вещание Дабсани, ЦЕХ, а также Красноярские филистимляне, Римской империи, Пол Стенли, Народы Моря, Нежа и Кардиолевск

VATNIKSTAN: «„Все выгорят, а я останусь” — это мой девиз по жизни». Интервью с Серцельвом

За последние два года Артём Бурцев, экс-лидер постпанк-группы Sierpien и владелец одноимённого лейбла, значительно изменил свою жизнь. Артём переехал из Москвы в Санкт-Петербург, улучшил дела лейбла, а потом переродился в Серцельва, придумал новый стиль коллапс-вейв и записал несколько релизов. Дебютный полноформатный альбом «Все выгорят, а я останусь» вышел в конце ноября 2023 года. В пластинку вошли 10 песен о любви, мечтах и стоицизме в эпоху, когда до катастрофы остались считанные шаги.

Мы поговорили с Артёмом о старых и новых записях, влиянии артистов друг на друга, сотрудничестве с Лёхой Никоновым и главной русскоязычной постпанк-группой «Молчат дома», логичном переезде в Питер и пути независимого музыкального деятеля.

— Раньше на фотографиях Серцельва был один человек. Недавно ты выложил групповое фото. Серцелев сейчас — это Артём Бурцев, проект с приглашёнными музыкантами или цельный коллектив?

— Ничего принципиального нового на самом деле нет. На фото со мной басист Аркадий Романов и гитарист Александр Торжков. Мы играем вместе уже больше года, это лайв-версия Серцельва. В студийной записи они участвуют эпизодически.
Я часто советуюсь и делюсь демками с Аркадием. Я привлекаю к записи Сашу, когда нужно сыграть технические сложные партии, где моего гитарного мастерства не хватает. Если говорить про последний альбом, то на нём Саша участвовал в записи двух треков — «Так говорил Заратустра» и «Мечта». Он сам придумал большую часть партий гитары.
Проект я позиционирую, по крайней мере сейчас, как сольный. В будущем, возможно, это изменится, и Серцелев превратится в группу.
В ближайшее время у нас, вероятно, появится барабанщик. С первых концертов стало понятно, что для лайв-версии Серцельва в идеале стоит добавить живые барабаны. Скоро начнём репетировать, надеюсь, презентации альбома в Москве и Петербурге и дальнейшие концерты мы сможем уже играть как квартет.

— Прошлые мини-альбомы «Сокровение», «Разлом» и «Фейерверки» были частями трилогии. Ждёт ли нас очередная серия концептуально связанных релизов?

— Три ЕР, что выходили, — это, по сути, большой альбом, разбитый на части. Изначально я не планировал, что это будет Серцелев и хотел продолжить мой предыдущий проект Sierpien, но с новыми участниками и концепцией. Впоследствии я решил отказаться от бренда. Естественно, с новым именем не было смысла заходить с альбома.
Получились три EP, они концептуально связаны. Все 10 треков, что должны были составить новый альбом Sierpien, вошли в эти релизы, плюс совсем новые композиции. В этих трёх миньонах есть довольно старые песни, весны 2020-го например.
Не знаю, буду ли ещё делать концептуальные релизы, тем более альбомы. За год с небольшим я уже и так сделал очень много материала — вышло около 30 песен. Для дальнейшего музыкального продвижения хочу сосредоточиться на создании синглов.
Время во многом диктует артистам определённые способы донесения творчества. Сейчас технологии так устроены, что, увы, альбомы никто не слушает. Лонгплеи воспринимает уже вовлечённая аудитория, а большая часть людей всё-таки слушает потреково.
Альбом и ЕР требуют больших усилий. Выпускаешь альбом из 10 песен, и ты из него синглами можешь подсветить, допустим, три-четыре. Плюс фокус-трек. Значит, внимание редакторов плейлистов, а следовательно, и новых слушателей не будет приковано к остальным шести — обидно же!

— Почему ты решил выпустить полноформатный альбом сейчас, после трёх EP?

— Я не планировал альбом. Думал, после трёх концептуальных EP, возможно, даже завершить определённую историю, первый этап Серцельва. Но у меня скопилось много песен, они требовали реализации именно в альбомном формате. Если бы я стал разбивать это на EP или синглы, то это растянулось бы на месяцы. У меня ведь ещё и новые песни пишутся, которые более актуальные, и часть бы устарела.
Плюс лонгплея у меня ещё не было, и в долгосрочной перспективе альбом важен. Да и на концерте сейчас мы можем сыграть два часа. И это всё за очень короткий срок. Поэтому точку в первом периоде Серцельва поставил альбомом. Он тоже имеет отношение к EP, такой обобщающий опыт и идея, которая вырабатывалась в течение годичного пути проекта. Но в отличие от трилогии, здесь все песни свежие: самая старая — декабрь 2022-го. Остальные написаны с января по сентябрь 2023 года.

— Как проходила запись? Случались ли какие-нибудь казусы?

— Казус основной был в том, что я большую часть альбома писал под «поехавшую» по темпу «болванку» ударных — пришлось всё переписывать. Обычно я под неё записываю всё, а финальную барабанную дорожку делаю последней.
Сводил альбом Антон Митусов из «Культурного наследия» и «Лора Лора», мы до этого с ним фитовали. Весной у нас был первый опыт по сведению трека, и я решил поработать над лонгплеем вместе с Антоном.
Писался дома, у меня есть нужное оборудование. До этого EP писали на домашней студии у Саши Сигаева из «ДК Посторонних». Я сделал у себя аналог его студии и теперь могу записывать бас, гитару, клавиши и вокал, шумы и другие звуки. Барабаны программировал Антон.
Скоро выпустим пару треков, которые изначально должны были войти в альбом, но мы решили выложить как синглы. В начале года выйдет фит с «Июльскими днями», песня «Молнии», и фит с «Брысь» — «Не осталось взрослых». Решили не перегружать альбом, потому что и так 10 треков, хотя альбом короткий — 25 минут.

— Звучание нового альбома более олдскульнее, чем саунд предыдущих твоих творений. С чем это связано?

— Если ты про то, что на гитарах мало перегрузов, то да. Гитарный звук получился более прозрачным.

— Да, лёгкие гитары и барабаны. Мне кажется, что это более по 1980-м годам, чем в предыдущих записях.

— Действительно, барабаны полегче, потрадиционнее. На первых трёх EP был принципиальный момент: мы старались не использовать «железо». Есть несколько исключений, в основном на третьем релизе. Вместо «железа» мы использовали тамбурин — крутой звук, но не всегда его хватает. Плюс в полноформатнике барабаны попроще. Тексты достаточно эффектные, и ударные порой отвлекают, если они более изощрённые.

— Планируешь ли ты тур в поддержку альбома?

— Нет. Чтобы ехать в тур, должен быть запрос от слушателей. У Серцельва пока не такая большая аудитория. Мы ограничимся презентациями в Москве в Петербурге и, возможно, зацепим города около Москвы.
Если будут приглашения, то мы рассмотрим, но, мне кажется, пока что это нецелесообразно. У нас и в столицах не такие большие сборы.

— Твоё творчество всегда было пронизано цитатами, отсылками, именами, мемными фразами, названиями песен и фильмов. На новом альбоме всего этого стало ещё больше. В нескольких песнях мне показалось, что ты заимствовал мелодии из произведений известных групп. Это осознанный ход или так случайно выходит?

— Прямое заимствование мелодии только у Kiss «I Was Make For Loving You Baby», о чём я открыто сказал. Пол Стенли, если что, пусть пишет — я думаю, разберёмся. Мне хотелось, чтобы это узнавалось, я брал конкретно эту песню референсом. У меня была альтернативная мелодия, но я потом подумал: блин, зачем она нужна, если я хочу сделать отсылку именно к этой песне? В таком случае это и было бы плагиатом: казалось бы, что я хочу скрыть, а я скрывать не хочу.
Заимствования, цитаты, мемы — это мои любимые методы. По большому счёту, Серцелев — это калейдоскоп влияний, который я испытал за свою жизнь, близкие, ламповые вещи, и это язык, которым я разговариваю.
Искусство из пустоты ничего не берёт. Всё так или иначе имеет преемственность. Но когда мы берём, как конструктор, и пересобираем, то получается уже что-то новое. И это не свойство современного мира, так было всегда.
У большинства песен есть референсы, к которым я апеллировал. Они могут быть очевидны для меня, а для других — нет. Мелодии, гармонии и всё, что мы выдаём, — это переработанная слышанная нами музыка. Тут ничего совсем уникального ни у кого не будет — всё сочинено и сыграно.

— У Серцельва очень много совместных песен. Обычно музыкантам тяжело писать фиты: надо хорошо знать соавтора, найти с ним общую тему. Как тебе работается с приглашёнными музыкантами?

— Я в последнее время заслужил звание мужского варианта Стереополины из-за того, что у меня много совместок. Во многом я действительно ориентировался на опыт Карины.
Но с фитами непросто. Совместка должна быть полюбовная и крутая. Должна быть классная песня, то есть не надо зажимать, оставлять себе крутые темы, а на фит отдавать туфту. Надо давать хороший трек, тогда в этом будет смысл для всех.
У меня есть две модели создания совместок. Более частая — когда я залетал на уже готовые песни только голосом или когда ко мне залетали тоже на готовые песни только голосом. Я залетал к «Культурному наследию» на «Оковы», ко мне так залетали Стереополина, Неатида, Partsvaniya, ПоЛя и Антон из «Культурного наследия».
Вторая модель — когда вместе сочиняли. Тут надо и на одной волне быть, и иметь схожие язык и инструментарий. Это сложно и не всегда получается круто. Например, готовящийся фит с «Брысь» мы сочинили песню пополам. Совместка с «Июльскими днями» — это мой готовый трек, но я его сочинял, зная, что это буду петь с Лёшей.
Из песен, которые тоже сочинены совместно, — это с «Электросном». Странный фит: мне прислали музыкальную «болванку», где был припев. Я на неё сочинил куплеты и по структуре свои видения дал.
Идеальный фит был с «Лорой Лорой» — это сайд-проект Антона из «Культурного наследия». У нас совпадают многие творческие векторы, и мы очень быстро сделали классную песню, Антон мне также прислал музыкальную наработку, на которую я сочинил большую часть текста. Мы её до сих пор с радостью играем на лайвах Серцельва.

— На новом альбоме совместка одна — с Лёхой Никоновым из «Последних танков в Париже». Как произошёл коннект с поэтом?

— Лёха написал, и мы замутили трек. Он дал первый импульс — написал четверостишие для припева. Мы предварительно обсудили референсы. Я сочинил музыку и один куплет, прислал ему, он написал свой куплет. Ну и дальше уже трек доработали.
Никонов написал мне в начале года, предложил сделать фит. Причём в синти-поп ключе — видимо, потому что перед этим у него вышел хорошая совместка со Стереополиной. Я ему сказал: «Зачем нам этот синти-поп? Давай лучше сделаем в стиле The Cure, это наша любимая группа». Я и Саша сочинили музыку.
Считаю, что у нас вышел неплохой фит, хотя это не то чтобы хитовая песня. Тематика песни — поэт, его рок и расплата за это. Мне кажется, это не очень массовая история. С другой стороны — это совместка с Лёхой Никоновым, а Лёха Никонов — не абы какой персонаж. Это, на мой взгляд, наш важнейший поэт и артист. Логично, что трек на серьёзную тему.
Я слышал разные фиты Никонова, и мне кажется, наша совместка — среди удачных. У Алексея Валерьевича много фитов проходных, а наш многим «зашёл».
Для меня была большая честь, и благодарен Лёхе за совместный творческий акт. Я с юношества люблю «Последние танки в Париже». В нулевые для меня это была одна из ключевых андеграундных групп, заигравшая к концу десятилетия постпанк на русском, не стилизованный при том, а современный. И конечно, я очень рад, что с Лёхой вышло такое.
Как раз расскажу про то, как важно найти общий язык и нужную терминологию. Лёха — человек очень импульсивный, эмоциональный. Когда мы уже сделали демку, Никонов говорит: «Приходи, живьём обсудим». Я пришёл к нему. Лёха не понимал, как ему надо петь, в итоге начал кричать, ругаться. Я подумал: «Ну вот — фитанул с кумиром!»
Я уже немного расстроился, а потом Никонов слегка попустился. Я ещё раз попробовал объяснить другими словами, до него дошло, и настала гармония. Сразу договорились, какой фотосет сделаем, где и как, всё пошло как по маслу.
Еще Лёху очень уважаю за то, что он никогда не стесняется признать, что был неправ. Это очень крутое качество человека. Несмотря на эмоциональные моменты, он во многих ситуациях человек понимающий и мудрый.

— Ты владеешь лейблом Sierpien Records. Можешь коротко рассказать о нескольких знаковых релизах лейбла, чтоб наши читатели захотели послушать их?

— Выбрать не легко, но попробую.
«ДК Посторонних» — «Падаль» (2020). Петербургская группа, играющая постпанк/колдвейв. Этот LP очень стильный, более постпанковый, нежели колдвейвовый, местами похож на ранний «гитарный» The Cure. Альбом, ставший предвестником нелёгких событий, которые мы сейчас наблюдаем: в релизе есть песня «Только б не стало хуже». Альбом вышел в ковид, и это было таким девизом и неприятно сбывшимся пророчеством.
«Улица Восток» — «В последний раз» (2020). Украинская русскоязычная группа из Киева, сейчас базируется в США. По сути, проект одного человека — Гены. Он эмигрировал летом 2021-го, до всей заварушки. До сих пор поддерживаем связь. В Америке Гена собрал новый состав — я так понимаю, тоже из эмигрантов. Как и «ДК Посторонних», запись отразила эпоху, вышла в то же время. Классный постпанк, очень каноничный с классными простыми текстами. Более русские, чем иные русские группы. Я прям заслушивался этим альбомом и «Падалью» — это одни из моих самых любимых записей, которые повлияли на звук раннего Серцельва.
Дебютный альбом «Молчат дома» — «С крыш наших домов» (2017). Тут всё понятно. Я делал им самые первые концерты в России в течение первого года их существования и презентацию альбома «Этажи» в Москве и Санкт-Петербурге, который принёс им славу.
Я очень горд тем, что приложил руку и стал первооткрывателем, наверное, самой известной русскоязычной группы в мире сейчас. Причём делалось это всё полюбовно и без расчёта: в конце 2017 года не было никаких перспектив, что это будет чем-то настолько великим. Могу похвастаться тем, что группа «Молчат дома» пару раз играла у меня на саппорте. Sierpien тоже потом играл у них на разогреве, так что всё нормально.
Стереополина «Суперлуние» (2021) — один из лучших отечественных синти-поп альбомов. Несмотря на то что у Карины есть более известный LP «Институт культуры и отдыха» с главным хитом «Последнее свидание», мне больше нравится «Суперлуние». Релиз очень стильный и классный.
Faience Knife — «Фаянсовый нож» (2022). Совершенно прекрасный тольяттинско-петербургский дрим-поп проект, русские Cocteau Twins. У них есть песня «Такое чувство, будто всё начну сначала» — я её в 2022 году слушал чаще, чем что-либо. Вообще идеальная песня — супермелодичная, супердушевная, просто чудо из чудес.

— Есть ли планы покорить зарубежных слушателей, как выходцы твоего лейбла «Молчат дома»?

— Пока я думаю, стоит повременить. В первую очередь я занимаюсь русскоязычным пространством. После февраля 2022 года изменилось всё.

— Обычно люди переезжают из Питера в Москву, ты поступил наоборот. Почему?

— Да обычно всё именно так, но я-то необычный человек! Я переехал туда, куда меня позвал сердце. Плюс в Питере был весь мой круг общения.
В начале 2020 года, перед переездом, сложилась такая ситуация, что в Москве всякий движ для меня пропал. В Sierpien наступил кризис состава. В итоге я остался с басистом — мы явно были не на одной волне. В июне 2020 года, когда спала первая волна ковида, я решил развеяться и поехал на неделю в Питер. Составил список друзей, с кем встретиться, и думаю: «Блин, а почему там не живу?»
На следующий день я проснулся с чёткой мыслью, что надо переезжать. Помню, написал первому об этом Вите Ужакову из Ploho. Он сказал: «Мысль отличная. Но ты с ней походи ещё день. Если проснёшься утром и не передумаешь, то давай».
Я проснулся и поехал в Питер на разведку. Снял хату, вернулся в Москву, собрал вещи и в течение двух недель весь процесс с моим переездом в Петербург был осуществлён. Меня все поддержали: мама, брат, мои московские друзья.
Для меня это нормально. Я всегда считал себя шизом. В моей жизни действуют нестандартные решения, поэтому переезд был логичным. Люблю Питер. Москву тоже люблю, но мне ловить нечего уже. А в Питере я нахожусь абсолютно там, где должен быть. «Благодарю Господа за каждый день, проведённый в Петербурге!» — так я обычно говорю маме, когда она меня спрашивает о том, как я здесь.
После переезда, кстати, попёр лейбл. Пик деятельности Sierpien Records — это 2020–2021 годы. Я стал хорошо зарабатывать, появилось очень много проектов. В это время я переключился на деятельность лейбла в это время и задвинул творчество. Решил, что раз складывается так, то надо заниматься тем, что в этот момент актуально.
С февраля 2022 года активности лейбла становилось меньше. Потом появился Серцелев. Если бы ситуация осталась бы, как есть, то, вероятнее всего, я бы не тратил так много сил на него. Всё-таки реализация как артиста для меня наиболее важна. Я стал когда-то заниматься лейблом в поддержку своей музыкальной деятельности, а не наоборот. Просто так сложились исторические обстоятельства, что дела у лейбла пошли в гору.
Я себя не ощущаю природным дельцом. Лейбл хорошо получался из-за моего богатого коллекционерского опыта и любви к музыке. Я представлял, как независимые дистро существуют, плюс у меня есть небольшие организаторские способности. Выезжаю больше на том, что когда-то придумал классную идею.

— Последние два года (или не два?) мы живём в эпоху «разлома и коллапса», если пользоваться твоей терминологией. Именно с этого времени появился Серцелев. Твои песни довольно грустные. При этом лирический герой утверждает, что все выгорят, а он останется. Можешь ли ты подписаться под этими словами? Как у тебя получается не выгорать?

— «Все выгорят, а я останусь» — это мой девиз по жизни. Когда ты понимаешь, что сжёг мосты, то начинаешь по-другому действовать. В частности, я для себя сжёг мосты нормальной работы. Я в привычном смысле не работаю с 2015 года. Я до этого был журналистом — для многих это супертворческая интересная работа, для меня нет.
Когда у тебя остаётся не так много дорог, ты начинаешь действовать более эффективно в каких-то направлениях. Я сейчас понимаю, что у меня нет никакого иного пути, кроме того как стать звездой и жить, как мне хочется. Может быть, если что-то изменится, то будет по-другому, но в целом себя я не вижу себя в ином амплуа. Хочу заниматься только своим делом.
Но я всегда недоволен, всегда считаю, что недостаточно старался. Легко впадаю в грусть, но и быстро возвращаюсь в боевой режим. Помогает всегда взглянуть на достижения в перспективе — смотришь так и понимаешь, что прошёл год, а результат хороший. Но постоянно, конечно, хочется быть владычицей морскою и желать того, не знаю чего.
Заниматься творческими делами всегда сложно. Как сказала моя подруга: «Но у тебя же нет других вариантов!»

— Что посоветуешь тем, кто «чувствует себя лохом»?

— Советую просто эту ситуацию прожить, а потом отпустить и не очень сильно загоняться. Мы всегда будем чувствовать себя лохами, это так заведено.
Эта ситуация близка всем. Я себя лохом ощущаю очень часто. У одной из моей любимых отечественных группы «Мать Тереза» есть песня такая — «Вечный лох». Можно сказать, что я продолжил тему.


Авторы:
Sierpien (Серпень)СерцелевАлексей Никонов
БрысьИюльские дни

Серпень / Серцелев - Все выгорят, а я останусь (mc)

Дополнительные изображения


Оставьте отзыв об издании
Имя
Отзыв
Код

Рекомендации:


Pushking "The World As We Love It"
Союз, Ear Music, 2011
950 р. В корзину