Ссылки

CD: Происшествие - "Достоевский"

Временно нет в наличии 

 

Издательство: Контр@банда, 2015.

Вес: 50 г.

Краткое описание:
Конверт, CD-R, авторское издание.


1. Книжная лавка на старом проспекте
2. Доктор Антонов
3. Госпитальный вал
4. Уходи от меня
5. Мой внутренний Чехов
6. Афродизиак
7. Удовольствие от жизни
8. Все женщины
9. Музыка закончилась
10. Дина на льдине
11. У генерала Эйзенхауэра...
12. Англичанин в Улан-Удэ
13. Каберне
14. Чёрный фельдшер
15. Достоевский
16. Аркадий Иванович едет в Америку
17. Как холодно, мой ангел…

Алексей Караковский — вокал, гитара, банджо (11, 13, 14);
Михаил Гусман — бас-гитара, бэк-вокал (4, 7, 14, 15), основной вокал (16);
Катерина Гервагина — клавишные;
Тимофей Ляховский — кларнет, флейта (5, 7);
Александр Баранов — ударные;
Арина Филипенкова — валторна (2, 4, 5, 11, 14);
Александр Головчанский — аккордеон (6, 8, 9);
Владислава Рукавишникова — вокал (14);
Янис Сурвило — запись, сведение, мастеринг.

1, 3-15, 17 — музыка и слова Алексея Караковского;
2 - музыка Алексея Караковского и Катерины Гервагиной, слова Алексея Караковского;
16 - музыка и слова Александра Непомнящего.

Группа выражает благодарность Светлане Анисимовой за помощь во время записи альбома.

Седьмой официальный альбом группы "Происшествие". Песни написаны в 2010-2013 гг., за исключением "У генерала Эйзенхауэра" (1997), "Чёрный фельдшер" (1998), "Как холодно, мой ангел…" (2014). Записано в студии MYM Records в 2013-2015 гг (звукорежиссёр Ян Сурвилло). Художественное оформление - Михаил Гусман. Официальное окончание работы над альбомом - 13 октября 2015 года.

Алексей Караковский. Как мы записывали свои песни.
ЧАСТЬ 7. Достоевский (2015)

Если альбомы «Простая музыка» и «Виктимология» появились стихийно, то «Достоевский» был попыткой глобального ответа на вопрос, что мы будем делать после «Северной земли». В концептуальном смысле эта попытка была не очень последовательной. В плане музыки – примерно треть альбома уверенно претендует на то, чтобы считаться лучшей в нашем творчестве.

Всё началось с песни «Доктор Антонов», написанной под впечатлением сомнительных и не очень умных книжек о московской мистике. Основа сюжета была взята из реальной истории, происшедшей в начале ХХ века в Басманной слободе, но мне, как обычно, хотелось копнуть поглубже, затронув литературные аллюзии и объединив в одной песне арт-рок и пост-панк. Помню первое исполнение песни на одной из репетиций и непонимающие глаза Наташи Караковской, привыкшей к совсем другим темам и идеям. В следующий раз я вернулся к «Доктору Антонову» только тогда, когда она ушла из группы…

Напротив, Мишу Гусмана чрезвычайно заинтересовал московский городской мистицизм, и мы стали активно обсуждать культурный бэкграунд будущего диска. В основном, наши поиски велись в исторической области: я изучал старинные сюжеты в книгах краеведов и художественной литературе, а Миша, как художник, больше интересовался формой. Больше всего его вдохновляли газетные заметки с хроникой происшествий, написанные архаичным языком с дореформенными правилами орфографии. Удивительно, но Миша, будучи признанным вторым вокалистом «Происшествия», не стал претендовать на исполнение песен в «Достоевском», лишь кое-где записав свой бэк-вокал. Но одной мистической линии для полноценного альбома было мало, и уже очень скоро мы начали обсуждать вообще всё, что так или иначе казалось интересным в контексте эпохи, что нас вдохновляло и будоражило воображение. В первую очередь, это была, конечно же, классическая русская литература.

Идея написать альбом под впечатлением каких-либо книг никогда не озвучивалась и до конца не осознавалась – такой подход казался на определённом этапе абсолютно естественным и нормальным для всех песен «Происшествия», а не только для этих. Иногда на выходе получалась полная дичь, как «Англичанин в Улан-Удэ» или «Дина на льдине», а иногда нечто неправильное, непривычное, но яркое и светлое, как «Достоевский». Если бы перед нами была поставлена задача записать строго концептуальный альбом, он получился бы намного менее масштабным и иррациональным – и я уверен, что это пошло бы ему во вред. Всё-таки сложно представить себе контекст, в котором нашли бы себе место такие песни как «Музыка закончилась» и «Как холодно, мой ангел». А здесь мы им нашли применение. И даже такие выпадения из жанра как «Уходи от меня» и «Каберне» звучат естественно. К слову, все эти четыре песни (плюс «Все женщины») стали самыми автобиографичными на альбоме.

Процесс записи был нетороплив настолько, что иногда мне казалось, что мы вообще никогда её не закончим. Я бы не решился даже начать работу над альбомом, записав рыбы (черновую гитару с черновым вокалом), если бы не экс-барабанщик «Происшествия» Сергей Макаров, заявивший, что он способен аранжировать ударные для альбома лучше, чем кто-либо другой. Учитывая, что Саша Баранов в тот момент ещё только учился играть на ударных, а Лёша Старчихин владел одним лишь кахоном, приходилось признать, что Серёга прав. Мы провели несколько репетиций и даже сыграли пробный концерт в «Массолите», но как только я записал «рыбы», Сергей бесследно исчез в результате запоя – и Баранову пришлось учиться играть побыстрее. В итоге Саша всё сделал очень хорошо, правильно и вовремя.

Вскоре за альбом взялись и остальные музыканты, только что закончившие запись предыдущего диска – «Виктимологии». Клавишница Катя Гервагина была в это время одним из главных аранжировщиков «Происшествия», и её рука отлично чувствуется во всех трёх альбомах, в которых она работала от начала до конца. Наиболее яркий вклад её на «Достоевском» – вступление и кода в «Докторе Антонове», а также массированный, в духе Фила Спектора бэк-вокал в «Достоевском» и такие же массированные клавишные в «Госпитальном вале».

Тимофей Ляховский, впервые записывавшийся с нами на «Виктимологии» и основательно вошедший во вкус, взялся за песни из «Достоевского» чрезвычайно рьяно. В то время я жил в доме на улице Гиляровского, недалеко от метро «Проспект Мира». По дороге то ли ко мне, то ли от меня Тимофея посетила очередная гениальная идея вариаций в «Книжной лавке». Сев на лавочку у подъезда, он стал записывать ноты, уйдя в себя настолько, что не услышал приветствия проходившей мимо Влады Рукавишниковой . Примерно с такой же степенью погружения он работал и над остальными песнями – так что ничего удивительного, что в качестве своей любимейшей работы с «Происшествием» он часто называл именно «Достоевского».

Партии валторны для Арины Филипенковой я писал сам – и в большинстве случаев они отлично сочетаются с Тимофеевым кларнетом. Пожалуй, лучше всего они звучат в регтайме «У генерала Эйзенхауэра» - странной песенке, написанной мной в середине 90-х и до записи на альбоме больше напоминавшей черновик, чем законченное произведение.

«Книжная лавка», названная в честь романа Н. Кальма «Книжная лавка на площади Этуаль», по нашему общему мнению, стала лучшей песней альбома во всех аспектах – поэтическом, музыкальном, аранжировочном. Первые наброски к ней я делал ещё в 2011 году, на репетициях у Шурика Вишнёва, но сюжет долго не шёл, и я до сих пор не уверен в нужности такого дикого количества персонажей. Когда мы доделали «Книжную лавку», стало ясно, что именно она, а не «Доктор Антонов» откроет альбом.

Концовка диска также получилась не такой, как предполагалось сначала. После пафосного «Достоевского» Гусман внезапно решил исполнить песню «Аркадий Иванович едет в Америку», старый номер нашего доброго знакомого, Александра Непомнящего. Панк-аранжировка здесь прямо-таки напрашивалась, но Миша пошёл дальше, слегка поменяв мелодическую линию и несколько аккордов в припеве по принципу «я художник, я так вижу». Оканчивать диск на такой ноте было бы неправильно, и я тоже добавил дополнительную композицию, которую написал буквально только что и поначалу не особенно собирался записывать – «Как холодно, мой ангел», сюрреалистический поток сознания на шекспировскую тематику с лёгкими мелодическими отсылками к Pink Floyd. Вот так, совершенно непроизвольно, но очень уместно у альбома получился иррациональный, и при этом светлый, почти ангельский финал.

После активной фазы работы всё опять застопорилось. Временно отложив в сторону незаконченный альбом, «Происшествие» жадно набросилось на новый материал, впоследствии составивший диски «Интифада» и «Радио Арктика». Иногда я возвращался к «Достоевскому», дописав где-то гитару или перепев вокал, но несколько треков встало намертво.

Одна из проблем заключалась в том, что часть песен «Достоевского» активно исполнялась при участии аккордеонистки Полины Чернэ, ко времени записи оставившей группу. Нового исполнителя на этот инструмент мы искать не стали, поскольку не видели возможности использовать его в дальнейших аранжировках. Кое-где уход от аккордеонной темы (как в «Докторе Антонове») пошёл на пользу, но в ряде песен возможности написать что-то новое просто не было. Тогда мы решили пригласить к участию аккордеониста Александра Головчанского , с которым я познакомился, играя на басу в группе Ростислава Чебыкина. Саше даже ничего не пришлось придумывать – всё было сочинено до него. И благодаря его участию «Афродизиак», «Все женщины» и «Музыка закончилась» буквально ожили.

Другой проблемной песней стал «Чёрный фельдшер», которого включили в альбом по ассоциации с «Доктором Антоновым». Не испытывая особого интереса к записи этого трека, Катя Гервагина очень долго ехала до студии, чтобы сыграть свою партию, а когда, наконец, это сделала, то эта её работа оказалась последней в «Происшествии». Чтобы добавить драйва, я предложил спеть песню в дуэте Владе Рукавишниковой, которая к тому времени стала звездой панк-рока в составе группы «Блуждающие гормоны». Песня ей понравилась и легко далась, а потом мы часто орали «Чёрного фельдшера» уже просто для собственного удовольствия где попало (один из таких моментов в трамвае №39 попал в объектив видеокамеры, случайно проезжавшего там же Юрия Кибирова). После этого песня, написанная про знакомого фельдшера «Скорой помощи», стала довольно известной в кругах медицинских работников.

Оставалось разработать оформление диска. Миша Гусман, который, как я уже говорил, питал особую любовь к этому альбому, разошёлся не на шутку: идеи так и били ключом (самый лучший неиспользованный эскиз с Достоевским на мосту я потом поставил на обратную сторону обложки). Ключевую роль сыграл афоризм малоизвестного в России, но культового в нашем кругу писателя Андрея Налина: «Достоевский уникален. Огромные белые крылья есть у всех ангелов, пылающий меч - у многих, а борода - у него одного». В конечной версии оформления, выполненной в стиле то ли Жостово, то ли Хохломы, Фёдор Михайлович в образе ангела смерти яростно летал над горящим Кремлём. Объединение в одном-единственном рисунке сарказма, литературности и особо тяжкого сюрреализма удалось на славу!

Получившийся в итоге альбом стал не просто набором хороших песен, объединённых общей обложкой и концепцией, это была страница истории одного из самых удачных составов группы, вышедшего, к тому же, на самый пик своих творческих возможностей. «Достоевский» - чувственен, немного хаотичен, сильно зациклен на внутреннем мире своих персонажей, находящихся в художественной реальности. Он совершенно непоследователен, но парадоксально един в этом клубке интроспекций и эмоций. И я слабо себе представляю, чтобы мы могли сделать нечто подобное ещё раз. Да и, собственно говоря, зачем?

Презентация альбома прошла в октябре 2015 года в клубе «Doolin House», и судя по тому, что я её не помню, наверное, ничем не отличалась от большинства наших тогдашних концертов. Также, вероятно, это было наше последнее выступление с Ариной Филипенковой, которая после этого ушла в большую музыку, сконцентрировавшись на профессиональной карьере. Впрочем, ей это не мешало продолжать записываться с «Происшествием» каждый раз, когда нам требовался звук её инструмента.


Авторы:

ПроисшествиеАлександр НепомнящийАлексей Караковский



Происшествие - Достоевский

Оставьте свой отзыв об этом издании
Имя*
e-mail
Отзыв*
Введите код*

* - поля, обязательные для заполнения


Похожие позиции:

Ляшко Максим "Связной" (2018)

Авторское издание, 2018. Добавить в корзину

Цена: 300 р.

Дерево "Всё было" (LP)

Авторское издание, 2019. Добавить в корзину

Цена: 1500 р.

Разработка и cопровождение - Выргород